эстетика инаковости

В общем-то это должно было закончится напряжением. Или начаться, потому что конференции длиться ещё три дня — три на два/в день мастер-класса, три процесс группы — и кто виноват, что я их веду, правда, не одна, но, как сказала бы моя бабушка, всё не как у людей: не зная языка, не понимая контекстов?
Хотя, если так посудить — чем я отличаюсь от всех, кто присутствует здесь? Итальянцы, что принимают коллег на своей территории и говорят на английском — рабочем языке конференции — разве у них нет напряжения? Разве нет напряжения у французов и швейцарцев, жителей Марокко, Румынии, Польши? Разве все, кто вчера, сегодня и ещё несколько дней пытаются найти точки, в которых возможна встреча, на чужом, в сущности, и от того сухом, скупом, лишенном нюансов языке — разве они не чувствуют напряжения от этого?
А носители? Те, для кого английский — язык воспоминаний и чувств? Они находятся далеко от дома и окружены людьми, которые говорят с ними на одном языке, как бы на одном языке, якобы на одном языке… И они, тем не менее, чувствуют напряжение — потому что мало кто понимает их, поспевает за их темпом и возможностями словаря.
И здесь, в этом человеческом Вавилоне, в попытке сделать шаг назад в историю, обрести общий язык и отменить ясность инаковости другого, сильнее всего чувствуется, как много усилий люди прилагают, чтобы встретится, увидеть, обнаружить.
Себя и другого.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован.